Фонтан-ротонда «Наталья и Александр»
Проектная организация: Мастерская Белова
наше мнение мнение архитектора мнение критики ваше мнение
Фонтан-ротонда «Наталья и Александр»
Фонтан-ротонда «Наталья и Александр». Ближе
Фонтан-ротонда «Наталья и Александр». Зимой

Никитские ворота
Архитекторы: Михаил Белов, Максим Харитонов
Скульптор: Михаил Дронов
Заказчик: Комитет по культуре г. Москвы
1999

наше мнение

Никитские ворота - место на редкость бесстильное и бесформенное, однако одно из самых любимых. Причем именно москвичами, а не приезжими. И не в последнюю очередь - благодаря этой своей разноголосице, которая упорно не сливается в хор, а является, скорее, пьяным застольем. Но кто ж скажет, что оно плохо? «А белый лебедь на пруду-у-у!» - и мордой в салат. Мы русские, это многое объясняет. А еще мы москвичи - и это объясняет уже почти все. Единство и борьба противоположностей - вот наш девиз. «В Москве только птичьего молока нет» - но «хороша Москва, да не дома». «Москву селедками не удивишь» - но «в Москве сплетен не оберешься». Вроде бы и неблизко («Кому нужно, и в Москву недалеко»), а вроде и рядом: «В Москве звонили, а в Вологде звон слышали», Короче, сплошной оксюморон, растянувшийся на восемь веков и восемьдесят тыщ квадратных метров.

Ни один нормальный человек не скажет про этот фонтан ничего хорошего. Даже самый беглый взгляд углядит очевидную несоразмерность ротонды и фигурок. Чуть более пристальный - огорчится по поводу профанации линий Большого Вознесения. Эстет скривится на золоченую шапку. Пушкинолюб содрогнется лубочности образов. Торопящийся пешеход тыщу раз чертыхнется, огибая образовавшиеся гранитные баррикады. Архитектор поморщится на неграмотное торчание капителей из-под антаблемента (зубы какие-то). Искусствовед сразу вспомнит препошлые часики-ротондочки, внутри которых обязательно занимаются чем-нибудь неприличным и т.д. Но если из этого множества вычислить некоего «москвича» - он скажет «гут». Потому что «по-масковски». Часовые любви у Никитских стоят.

Можно было бы сказать «гротеск». Но вот что характерно: неоклассицизм десятых годов, весь на нем строившийся, родился и процветал в Петербурге - то есть, в рамках суперутонченной культуры, понимавшей, что утрировать нужно, но всегда знавшей меру. В Москве гротеск делать не умеют, сразу впадают в шарж. Михаил Белов зарекомендовал себя как мастер кэмпа еще на Арбате - стащив из ломбарда золотую тётьку, посадив ее на вазу и заставив непрерывно справлять нужду (все это называется фонтаном «Принцесса Турандот»). Теперь непрерывному омовению подверглось наше всё, и понятно, что молодожены с большей радостью, чем к могиле Неизвестного солдата, побегут возлагать цветы к храму не самого добродетельного в русской истории брака. Ну-ка, Сашка, ярче брызни, наш союз, чем можешь, освяти.

Николай Малинин. ИЗ КИЧА В КЭМП ПЕРЕЛЕТАЯ. Последний акт лужковского стиля: «дурь московская».  «Независимая Газета», 11 июня 1999

мнение архитектора

Михаил Белов:

- Фонтан у Никитских ворот тоже проходил по части «благоустройство», но вызвал столько же шума, сколько и храм Христа Спасителя. Правильно ли я понимаю, что это был глобальный стёб?
- Да вы что? Я никогда не шучу в архитектуре. А фонтан, очевидно, пока мало кто понял. Ведь никто и никогда не делал такой дорический ордер по кругу. А еще это единственный объект в мире, у которого есть вертикальная точка схода: там раструбы колонн и купол соединяются в перспективе. Ни у Борромини, ни у Палладио такого не было! Я хотел сделать нечто среднее между античным храмом и псковским грибом-боровиком, который чудесным образом вылез из земли (что для меня и есть Пушкин). Без всякого юмора, с пиететом. И мне кажется, он врос, этот гриб, и держит площадь, стал ее винтиком. При этом все утилитарно: всего лишь пешеходный переход, а одновременно еще и фонтан. Хотя какие в Москве, при нашем климате, фонтаны?..

Николай Малинин. АРБАТСКИЙ ФРИРАЙДЕР. Интервью с архитектором Михаилом Беловым. «Штаб-квартира», 2005, март

мнение критики

Архитектор Михаил Тумаркин:

Займемся теперь вечными ценностями. Фонтан-ротонда на Площади Никитских ворот является частью проекта благоустройства длинного клина городской территории, заключенного между Большой и Малой Никитскими улицами: от сквера с памятником А.Толстому - до храма Большого Вознесения, и потом от храма - до проезжей части весьма загруженной транспортом и весьма любимой москвичами площади. Сама идея благоустройства не может вызывать ничего, кроме полного одобрения. Красивые ограды, культурное замощение, подпорные стенки и монументальные скамьи из естественного камня, почти аккуратные кусты и газоны - не првда ли, всего этого особенно не хватает центру Москвы, чтобы законно претендовать на европейскую цивилизованность? Идейную кульминацию сего благородного начинания московские власти поручили профессору г-ну Белову и его соавтору г-ну Харитонову (“Бюро Столичных Архитекторов”). 15 - 20 лет назад г-н Белов слыл одним из наиболее уважаемых и удачливых представителей движения концептуальной “бумажной” архитектуры, его лучшие проекты для японских конкурсов того времени и сегодня прозводят достаточно сильное впечатление, совсем не кажутся анахронизмами постмодернистского бума начала 80-х годов. Архитектурный фонтан у Никитских ворот - уже вторая реализация г-на Белова в этой изящной области. До этого был фонтан “Турандот” на Арбате. Учитывая дальнейшие планы Москомархитектуры ( фонтан “Источник московского остроумия” на Петровском бульваре), г-на Белова можно смело считать придворным Обершпрунгвассермейстером мэрии г.Москвы.
На первый взгляд фонтан-ротонда-памятник представляет собой строго классицистическое произведение. Канелированные колонны дорического ордера несут правильный дорический антаблемент, все это великолепие высечено из приятного на вид серого мрамора и увенчано золотым куполом немалой высоты. Внутри - фигуры Пушкина и Гончаровой, запечатленные, по-видимому, в момент приобретения матримониального статуса. Второй, более пристальный взгляд рождает только неловкую улыбку. Пропорции всех без исключения частей ротонды оказываются чудовищно и как-то комично нарушенными. Особенно “радует” мелкота человеческих фигур, уже прозванных в народе обезьянами. Как называют саму ротонду - сказать не решаюсь. Безграмотное обращение с элементами классической архитектуры, вообще-то является нормой для “лужковского” стиля. Хрестоматийный пример - здание Центра Галины Вишневской на Остоженке (авторский коллектив под руководством г-на Посохина), где нагромождение приблизительно нарисованных, кое-как скомпонованных, условно классицистических архитектурных форм носит особо циничный характер. Ротонда- памятник у Никитских ворот - явление несколько другого порядка. Детали в отдельности нарисованы профессионально, их странные пропорции (короткие “коренастые” колонны, чрезмерно высокие антаблемент и купол) вне связи друг с другом тоже имеют право на существование. Задавленные тяжестью многометрового слоя земли и бетона дорические колонны в нереализованном проекте станции метро “Красные ворота” архитектора Голосова имели еще более драматические пропорции - и воспринимаются совершенно естественно. У Белова и Харитонова зачем-то заниженные обрубки колонн продиктовали ошибочный размер скульптур меньше человеческого роста, а вытянутый блестящий купол полностью доминирует над колоннами и несчастной семьей литератора. Фонтан - памятник поэту слишком напоминает подставку под конкретно крутое золотое яйцо (Фаберже).
Все это тем более печально, поскольку вокруг - постройки мастеров московского ампира Жилярди и Григорьева. Кроме уже не раз упоминавшегося храма, это конечно усадьба Луниных, совсем рядом, на Никитском бульваре.

Михаил Тумаркин. ЕДИНСТВО И БОРЬБА ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ.ИЛИ ХРЕН РЕДЬКИ НЕ СЛАЩЕ. Рукопись

Г. Дерновой, инженер:

…Знаменитый каррарский мрамор для колонн, окружающих фонтан, был привезен из Италии. На колонны водрузили золотистый купол из металлических "черепичек", уложенных в 30 рядов, по 90 пластинок в каждом ряду. Прежде чем сомкнуться наверху, "черепички" постепенно уменьшаются. Точный расчет размеров пластин произвели специалисты из Института физики высоких энергий (г. Протвино), в этом же институте пластины были изготовлены на станках с числовым программным управлением и с применени ем лазерной технологии. "Черепички" выполнены из нержавеющей стали и покрыты нитридом титана, что обеспечивает не только "натуральный золотой" блеск, но и требуемые прочность и долговечность. Общий вес металлоконструкции - около тонны.

Dusheshka:

Пушкину везёт на девиц. Я прошлой весной купалась с товарищами в фонтане "Пушкин и Натали" на площади Никитских ворот. Фонтан - ротонда с куполом, а под куполом - Пушкин и Натали держаться за руки. И одна прекрасная нимфа сидела у них на руках и курила. Пушкину, наверное понравилось бы такое поведение :)
http://garp2.livejournal.com/41948.html

ваше мнение

коллега | 3944 дн. 11 ч. назад
Безумно жаль, что современные архитекторы перестали понимать, что такое красота форм и пропорций. Им что, правда, нравится собственное творение? Почитали бы историю архитектуру, что ли......Варвары!
ххх | 3953 дн. назад
"Если жизнь тебя обманет,
Не печалься,не сердись!
В день уныния смирись:
День веселья,верь,настанет". -А.С.Пушкин. видимо простил бы авторов,но не стоило этим пользоваться...
короче: Очень грустно
Артем Дежурко | 3953 дн. 2 ч. назад
Ага, и еще "тараканы в банке". Вообще гибрид памятника и фонтана — та еще идея в смысле обессмысливания смыслов.

Тут примерно такой выстраивается ассоциативный ряд: памятник - годовщина - праздник - погулять - танцы - шарики - водичка. Вообще фонтан — атрибут праздника (по-серьезному, конечно, атрибут рая, но рай у нас начиная с фильма "Кубанские казаки" традиционно конкретизируется как народное гуляние с конкурсами, музыкой и пивом), а памятник — это форма даты, по случаю которой гуляем. Отлитый в бронзе повод выпить.
Гость | 3953 дн. 7 ч. назад
"Утонченность" этого памятника нашла отражение в его народном прозвище: "Пушкин с Наташей Ростовой"
Гость | 3955 дн. 3 ч. назад
Очень грустно
Перейти к обсуждению на форуме >>